После развода с бывшей женой я переехал в свою родную Одессу, чтобы утолить свои печали, и там принялся вести фривольный образ жизни. В Одессе до войны вообще было весело, а если есть деньги, то это просто был рай на земле. Ведь как говорила одна моя знакомая валютная проститутка из старшего поколения, ещё советских времен:

- Весь, ну просто весь город на панели…

А еще про нее говорили:

- На Фирке не одно поколение выросло!

Позже в Германии Фирка стала доктором наук по психологии. Это лишний раз доказало тот факт, что опытные проститутки - прекрасные психологи.

А Утесов так говорил:

Он жил как бог в Одессе…

Ну, и так далее…

Так вот однажды звоню своей новой подружке и предлагаю:


— А пойдём-ка, дорогая моя, в ресторан поужинаем.


Она, как дама культурная, отвечает:


— Я сегодня иду в оперный на «Щелкунчика». Пошли со мной?


Объясняю ей, что у меня нет желания убивать два или даже три часа моей личной жизни на то, чтобы париться в душном оперном театре, пусть даже он и самый прекрасный в мире после венской оперы, а то и вовсе на первом месте, как вода из Дилижана.

Наоборот, мне хочется вкусно закусить, выпить хорошего вина, или даже пару рюмок водки, а затем провести несколько жарких часов вместе и, вдобавок, успеть хорошо выспаться, потому что завтра мне надо на работу.

В детстве, конечно, я бывало, катался со смеху от кривляний оперных певцов, исполнявших свои арии, да и то, недолго меня это занимало. А балет мне тогда вообще особо не нравился. Впрочем, когда я немного повзрослел, то понял, почему солидные мужчины так ценят балет и, особенно, балерин.


— Давай тогда завтра встретимся? — предлагает моя пассия.
Я не настаиваю: завтра — так завтра. Чтобы не ломать ей культурную программу. Вдобавок, пусть проголодается - милее будет.

Звоню другой, по моим сведениям, более голодной знакомой, и приглашаю её на культурные мероприятия.


— Сегодня не могу, — отвечает моя пассия. — Я иду в оперный, смотреть «Щелкунчика». Если хочешь — пошли вместе.


В этот раз отказываюсь абсолютно твёрдо и без объяснений, будучи уверен, что ничего культурного для меня из этого тройного похода выйти не может. А наоборот, вся театральная богема знатно повеселится за счёт моего расцарапанного лица. Возможно даже этот перформанс превзойдет происходящее на сцене по уровню положительных эмоций у публики.

И сразу же звоню запасному и безотказному варианту, боевой подруге, предлагая всё ту же испытанную временем программу.


— Я сегодня занята, собираюсь в оперный.


— Ага, на «Щелкунчика», — добавляю таким тоном, словно я — завзятый театрал, который помнит наизусть всю программу на год вперёд.


— Да. Ты пойдёшь со мной?


— Мне не кажется, что это хорошая затея, — честно отвечаю.

А сам думаю, что мог и впрямь попасть на серьёзного «щелкунчика» с грандиозным скандалом. По морде бы точно получил два, а то и все три раза. И более того, растерял бы всех проверенных подруг.

В общем, чтобы не терять вечер, я в гордом одиночестве пошёл в «адский квартал» и там нажрался. По случаю снял какую-то замужнюю симпатичную шалаву, которая приехала на конгресс нейрохирургов и решила вечерком поразвлечься на стороне. Сперва немного выгулял свою новую знакомую по разным злачным кабакам, а затем жестко драл её во все дыры всю ночь напролет.

И, в итоге, совершенно не выспался.